МОЁ КИНО

троллейбус на Мофильм,уж очень есть хотелось
массовке деньги выдавали чётко
потом на Киевский,там пирожки с печёнкой
на Ломоносовский,чтобы вернутья к делу

тогда ещё о клипах не слыхали
мы относились снисходительно к киношным
таким зависимым и суматошным
а мы в высотном здании роскошном
среди столпов науки обитали

массовку разбирали в павильоны
лихие ассистенты режиссёров
костюмировки,репетиции,прогоны,
внезапные знакомства,разговоры

я к Тодоровскому попал,Петру,конечно
фильм «Фокусник» — и стал кинозвездою —
я у доски,с кусочком мела стоя,
кому-то формулы показывал небрежно

за эпизод семь пятьдесят платили
я чувствовал себя как сторублёвка
такие гордые во мне проснулись силы
что даже вспоминать теперь неловко

меня сам Гердт учил,как делать фокус
а Ларионова за водкой посылала
подкармливала вкусным,подливала
смеялась-это укрепляет тонус

я приглянулся девочке из Щукинского курса
и Каштелян от люкса дал мне ключик
сказал-иди люби искусство
такая девушка-счастливый редкий случай

потом у Тодоровского в застолье
я Зайцева увидел Вячеслава
никто не знал,что станет он звездою
он был тогда ровесник мой и Слава

мы с ним естественно ровесники и ныне
а то,что было-было так давно
дай Бог,чтобы осталось хоть в помине
кино советское-моё кино

https://www.ivi.ru/watch/53513

СЧЁТЫ

вспомни,сколько раз влюблялся
сколько раз тебя бросали
сколько раз не растерялся
сколько раз как вольный ветер
убегал от Гименея
пока ты её не встретил
на Савёловском вокзале
а,быть может,на балете
а,быть может,в бакалее
где в тот день муку давали

как там в старой поговорке
перемелется и будет
мы прошли моря и горки
наши чада вышли в люди
кто в Самаре,кто в Нью-Йорке
где-то щи,а где-то пудинг

мы стареем понемногу
вместе легче,веселее
слава Гогу и Магогу
если б верил,слава Богу
и советской бакалее

жизнь смешная штука,право
ты бежишь,а всё на месте
то всё делаешь коряво
а выходит интересней

и любовь смешная штука
то отрава,то блаженство
то Амур попал из лука
то расчёта верховенство

тут наука не поможет
не поможет и искусство
хоть крестьянин,хоть вельможа
желтолицый,краснокожий
белолицый,чёрнокожий
манит нас одно и то же
наслажденье и беспутсво

раз желание возникло
что поделаешь с реликтом
ты бежишь по лабиринтам
увлекаемый инстинктом
раз уж он тебя оклинул

БОРА

слова словно бора бурлили в прибое
с натугой поспевал их превращать в стихи
то вдохновение тащило за собою
то вспоминались старые грехи

когда купаться можно в синем Чёрном море
всё остальное представляется пустячным
кроме воды,всё кажется мультяшным
и подвиги,и слава,и герои

какую мощь несут тугие волны
какие тайны под собой скрывают
быть может,там на дне ворота Рая
а,может быть,котёл смолой наполнен
и грешников спокойно поджидает

а может там хранилище всех знаний
всех жизнь прошедших прошлых поколений,всех тайн истории,загадочных явлений
и море нам покажет на экране
всё то,чего не видит даже гений

ах,море Чёрное любимое веками
вон афалины плещутся,там мчатся альбатросы
а вот на пляже мы ныряем сами
и англо-сакс,и славянин курносый
а ветер в салочки играет с облаками

НЕБЕСНОЕ ОЗЕРО

шли кучевые облака тяжёлые и тёмные
шли дождевые облака,заглядывали в комнаты
а дождь не шёл,вода ждала в небесном синем озере
дождей заждались озими
и обмелевшая река
грозу держал под удила
то лаской,то угрозами
холодный ветер самодур
посланец злобной осени

я вспомнил облако в штанах
и подивился образу
небесный вольный вертопрах
известный всем,во всех мирах
свой на божественных пирах
но с человечьим голосом

там на небе другая жизнь
жестокая и строгая
там о́блак-странник сторожит
как рок чертоги Боговы

там нет обыденных забот
но есть заботы вечные
красивый звёздный небосвод
рассвет-восход,закат-заход
и Млечный Путь,солнцеворот
затменья,и наоборот
и облачный как пена хоровод
как платье для Вселенной подвенечное

кто верует,тех в небесах
ждёт Рай в об’ятьях вечности
а кто в безверии зачах
тех помутнение в очах
да жизнь в обнимку с нечистью

быть может,церковь навестить
хоть я афей незыблемый
дождя у Бога попросить
зажатого интригами

Всевышний,думаю,поймёт
не за себя просителя
прогонит ветер,дождь пошлёт
столь нужный и спасительный

надеюсь,сдюжу а пока
как странники бездомные
ждут кучевые облака
тяжёлые и тёмные
ждут дождевые облака
заглядывают в комнаты

МОНИСТО

судьба нанизывает годы как монисто
вот красный камень — год поступков смелых
вот белый оникс — год раздумий чистых
вот синий турмалин — семейных переделов

кварц чёрный — испытаний до предела
а вот хрусталь — безоблачного счастья
он рядом с голубым,где встретился с любовью
а вот слоистый — жизнь бурля,кипела

а вот коричневый — поближе к изголовью
он отмечает год без приключений
опал салатный — трудный для здоровья
и малахит зелёно-изумрудно-пенный

он соответствует деяньям постепенным
без катаклизмов,без боёв и крови
и,наконец,вот камешек последний
нефритовый окатыш исповедный

конец судьбы,а,может быть,мониста
набегались,устали мои кони
короны поистёрлись на попоне
я стану не бойцом,а резервистом
и фотографией в альбомном пантеоне

СТЕРВЫ

конечно,в жизни мне встречались стервы
их помыслы коварны и злоумны
они живут везде — в лесах Говерлы,
и на седых хребтах Каракорума

так регулятор гендерный устроен
что стервы привлекают нас сильнее
что,как известно,погубило Трою
и скольких ещё славных одолеет

конечно,королевы и вакханки
не могут быть предметом подражанья
как впрочем,и безгрешные весталки
нам женщины нужны и чтоб рожали

и чтобы вместе всe — и королевы,
и вакханки и весталки
чтоб холили и нежили,и ждали
хоть в жизни это встретится едва ли

конечно,диалектика хлопочет
у каждой женщины есть толика
стервозы
урок вакханки припасён для ночи
ну,и,естественно,невинность — кладезь Божий

Манон Леско,Юдифь,Сафо и Клеопатра
Молль Флендерс и маркиза Помпадур
как будто,за одной сидели партой
где стерв готовят из любых натур

Изольда,Хлоя,Лиза,Пенелопа
Наташа и Татьяна — несть числа
весь женский благородный опыт
природа с этносом доныне донесла

так выпьем же за то,чтоб нас любили
и те,и эти порознь и вдвоём
и чтобы их любить мы были в силе
за тех,кто есть,за тех,кого найдём

строптивая

Лицо отпугивало строгой красотой
И чуть насмешливой улыбкой сероглазой
Наряд простой,лишь крестик золотой
Да перстень с фиолетовым топазом

Бывает так,что чувствуешь нутром
Непозволительность мужского шовинизма
Всё это подтверждается потом
Чуть дрогнувшей гримасой укоризны

Средь женщин не найти её подруг
А вот друзей мужчин довольно много
В любовницы ей просто недосуг
Совсем не потому,что недотрога

Такая женщина полюбит навсегда
Не каждый,думаю,такой любви достоин
И,если уж тебе сказала «да»
Храни её,оберегай от боли

Завидую тому,кто увидал
Глаза,подёрнутые ласковой истомой
Завидую тому,кто целовал
Ласкал и нежил жарко и нескромно

Завидую всем тем,кто заслужил
Доселе неизведанное чудо
Себе завидую-такую сам любил
И никогда об это не забуду

сюрпляс

Жизнь что угодно вытворяет с нами
То бешенная скорость,то сюрпляс
То гнёшься до земли увешанный грехами
И кажется,пришёл последний час
А утром встретишься в окошке с небесами
И благодарен,что Всевышний спас

Фортуна шалая не знает силы тренья
И вместе с колесом нас тащит за собой
Но если ты отвлёкся на мгновенье
То ты уже не лидер,а отстой

Рецепт простой — не гнаться за успехом
Нутро утихомирив,не грешить
И помнить,Человечеству не к спеху
Всё то,чем ты способен удивить

Я никогда не верил честолюбцам
Стремящимся нас к счастью привести
Как в древности сказал Сенека Луций
В стремленьи к власти счастья не найти

Мудрец предпочитает созерцанье
Приаповы потомки бурный блуд
А люд простой,проснувшись утром ранним
Чтоб всех кормить,предпочитает труд

Рабочий улыбается Фортуне
К бездельникам он попросту брезглив
Он знает труд не пропадает втуне
И это нравственный императив
Для небогатых и для толстосумов
В горах Шотландии и в Каракоруме
На Сахалине и среди Мальдив
И это мысли Канта,а не миф

мушкетёр

Я восхищался мушкетёрами,конечно
Но сам быть мушкетёром не хотел
Вообще,мне не хотелось быть нездешним
Героем чьих-то,хоть и славных,дел

Вот Пересветом или Коловратом
Крестьянином,свой защищавшим дом
Я б в ту войну пошёл простым солдатом
Хоть никогда и не был смельчаком

И вот теперь опять в мой дом стреляют
А я,увы,не годен для войны
Я не люблю всех тех,чьи хаты с краю
Хотя,конечно,обыватели нужны

Они как инкубаторы приносят
И оправданье жизни и приплод
Что получилось,посчитает осень
Коль есть прибавка,то народ живёт

А я лишь в стих могу облечь заботы
О претерпеньях Родины моей
И,как могу,с ней разделить невзгоды
Как мушкетёр шахтёрских королей

ушла-пришла

Ночью милая ушла
Белой дверью заслонилась
И глазами не бранилась
И словами не смогла

За окном метель мела
На ветру в ветвях забилась
Как и я,попав в немилость
Безответная ветла

Утром вьюга улеглась
День прошёл в заботах шатких
Поиграл с собою в прятки
От себя в себе таясь

Вечер,в кресле,без огня
Одинокий,злой,бессонный
Чу,и голос телефонный
Милый,к ночи жди меня

Ночью милая пришла
Белой дверью затворилась
Не винилась,не мирилась
Лишь плечами повела

Ночь холодная светла
Небо в звёздах заблудилось
Может,это мне приснилось
В старом кресле у стола

Ночью милая ушла,ночью милая пришла